— Мама переезжает к нам на этой неделе, — буднично сказал Денис. — Ей одной тяжело, расходы. Будет жить в нашей спальне, а мы переберёмся в маленькую.
Юля молча посмотрела на мужа. Три года брака в эту секунду начали тихо трещать по швам. Спорить она не стала — знала, что бесполезно. Денис всегда слепо подчинялся матери. Зинаида Павловна — вечно несчастная, капризная женщина — привыкла жить за чужой счёт.
Вот только свекровь не знала главного: квартира на восьмом этаже принадлежала Юле. Она купила её до брака, на свои деньги.
Ночью Юля тихо собрала чемодан, взяла любимый кактус и документы на жильё. Утром она оставила на столике записку: «Денис, квартира моя — проверь документы. Удачи с переездом» — и уехала к сестре Наде.
Денис оборвал телефон, а в субботу прислал сообщение: «Нам надо поговорить. Мама приедет в субботу». Юля приехала ровно к назначению — со своим ключом. В своей гостиной она застала не только свекровь с любимой Юлиной кружкой, но и незнакомого мужчину — сизоносого, помятого Виктора, с которым Зинаида Павловна познакомилась в санатории.
— Виктор тоже с нами поживёт, пока не устроится, — заявила свекровь.
Юля вывела мужа в коридор, открыла на телефоне выписку из Росреестра и показала: — Собственник — я. Единолично. В понедельник подаю на развод. Даю вам с мамой месяц, чтобы освободить жильё. — А Виктор? — растерянно вырвалось у Дениса. — Виктор — уже не моя проблема.
Через юриста Юля направила официальное уведомление. Свекровь пыталась скандалить, Денис — раскаиваться, но Юля была непреклонна. Зинаиде Павловне пришлось убраться в свою двухкомнатную на Комсомольской — вместе с Виктором и сыном.
Через месяц Денис окончательно забрал вещи. — Ты была хорошей женой, — сказал он на прощание. — А ты был плохим мужем. Просто не вырос ещё, — спокойно ответила Юля.
В августе она вернулась в свою пустую, тихую квартиру. Вернула на подоконник кактус, а осенью переставила мебель, повесила тёмно-зелёные шторы и записалась на курсы японского. На работе дали повышение.
Развод оформили в ноябре — тихо и без скандалов. Выйдя из загса, Юля почувствовала не грусть, а удивительное спокойствие. Три года она несла невидимую тяжесть, а теперь будто расправила плечи.
Новый год она встречала в своей квартире — у небольшой ёлки с белыми огнями, с бокалом в руке. За окном падал легкий снег. Подаренный самой себе покой стоял каждой минуты той решительности. Юля улыбнулась, вспомнила то июньское утро, когда собрала чемодан, и подумала, что это было лучшее решение в её жизни.
