— Матвей, у меня балкон пошёл трещинами! Переводи двести тысяч или больше, пока плита не рухнула! — сорванным голосом требовала Раиса Павловна.
Матвей уже тянулся за курткой, но жена Вера перехватила инициативу. На их накопительном счёте лежало двести тридцать семь тысяч — их собирали два года, чтобы отвезти двенадцатилетнюю дочь Соню к морю.
— Вызовите аварийную службу, а мы выезжаем к вам, — твердо сказала Вера по громкой связи. — Посмотрим балкон и оплатим ремонт напрямую.
Свекровь тут же вспыхнула: «Зачем ехать? Пусть сын переведёт, я сама разберусь!» Когда Матвей попытался встать на защиту матери, Вера достала прозрачную папку. За восемь месяцев они уже перевели Раисе Павловне сто семьдесят четыре тысячи на «срочную проводку», «лекарства» и «протечки», а та лишь раз вернула девять тысяч.
Они поехали вместе, не переводя денег.
У подъезда свекрови стоял мебельный фургон. На площадке четвёртого этажа было чисто, а из квартиры доносился громкий смех. Дверь открыла Раиса Павловна — в нарядном платье, с укладкой. За её спиной накрытый стол венчат торт, а в гостиной стояли новые подушки и белый шкаф-витрина.
— Где балкон? — спросил Матвей.
Оказалось, что плитка выложена заново, а «трещина» — лишь едва заметный скол штукатурки у двери.
Сидевшая за столом розовая гостья — двоюродная сестра Таисия — удивленно спросила: — Рая, ты же сказала, мы отмечаем новый шкаф и Матвей сам дал на ремонт?
В углу комнат стояла коробка с надписью: «Посудомоечная машина. Доставка завтра». Поняв, что разоблачена, Раиса Павловна перешла в атаку: — Да, купила! Мне надоело жить в старье! Разве я не заслужила?
— Заслужила, — ответил Матвей. — Но не так.
Он достал телефон и при матери удалил шаблоны переводов и отменил автоплатежи за ее коммуналку, интернет и рассрочки.
— Матвей, ты оставишь мать без всего? — ахнула свекровь. — У меня завтра списание за посудомойку!
— Мама останется с квартирой, пенсией, шкафом и тортом. Но без моего счёта. Посудомойку отменишь.
— Я тебе больше не мать! — крикнула она.
— Мама, это ты решила, что я тебе не сын. Сыну не звонят с выдуманной аварией, чтобы купить технику.
Они ушли. На лестнице было слышно, как Таисия осаживает хозяйку: «Рая, перестань. Ты сама всё испортила».
Дома Матвей отключил звук на телефоне, где мигало сообщение «Ты ещё пожалеешь», и тихо спросил Веру: — Может, завтра поедем выбирать Соне купальник?
Через неделю Раиса Павловна позвонила с просьбой объяснить, как самой оплатить квитанцию. Матвей предложил научить, но переводить деньги отказался. Свекровь бросила трубку, но границы уже были расставлены.
В июне Соня бегала по балтийскому песку и с разбегу показывала найденный янтарь. Матвей держал её рюкзак с жёлтым китом, а когда телефон в его кармане снова завибрировал, он даже не стал доставать его сразу.
